Террор наших слёз (Re.)

Террор наших слёз (Re.)
(«Other»)

Современное сострадание возникает вследствие медийного резонанса, и является актом коллективного эксгибиционизма – возможностью продемонстрировать друг другу моральную гениталию. Ни вчерашний теракт в Бейруте (37 трупов), ни 217 убитых террористами слушателей христианской школы в Кении (апрель 2015) не заставляли нас писать Je suis Beirut или перекрашивать аватарки в кенийский триколор. Как и 25 тысяч человек, умирающих ежедневно от голода и войны. Это говорит о том, что наша эмпатия является выборочной. Мы сочувствуем скорее из конформизма, нежели из искренне вспыхнувшей боли в сердце, а смерть белых парижан весит больше, чем смерть чёрных кенийцев. Интересна здесь, впрочем, не столько постановочность нашего сострадания, сколько роман морали и террора. Нравственный сентимент, возникающий в результате убийства белого человека, делает такое убийство политически эффективным. Чем больше цветов у посольства, тем больше причин совершить новый теракт. Наши слёзы – это бомбы; обнажение болевых точек и, в одночасье, приглашение по ним лупить. Об этом следует помнить всякому, кто решает публично посострадать за компанию.

Оставить комментарий